Газета "Калининградская правда" Буква до востребования

30 лет назад Куршские коса и залив официально обрели свои нынешние имена. Соответствующее решение было принято 26 августа 1985 года. А до этого на протяжении четырёх десятилетий как их только не называли…

Куршская коса, Куршский залив. Нынче даже для большинства калининградцев, не говоря уже о туристах, эти топонимы выглядят такими очевидными, само собой разумеющимися, вечными. Но если вернуться немного назад…

«Работники Курского лесхоза, что на Курской косе, частые гости в окрестностях посёлка Морское, расположенного на берегу Курского залива». Какую реакцию вызвал бы сегодня подобный пассаж у вас, уважаемый читатель? Скорее всего, подумали бы, что у автора на клавиатуре западает буква «ш».

Между тем ещё не очень-то и давно, в начале 80-х, у нас писали именно так. И неважно, каков текст. Сухая проза с цифирью или поэзия – для всех существовали единые правила.

«Весна на Курской косе всегда особая», – так, например, начала свою статью научный сотрудник биостанции АН СССР Н. Виноградова. А рядом – объявление о том, что Курский лесхоз приглашает калининградцев на работу. И отнюдь не в лесах Курской области. А вот обращение от Запбалтрыбвода: в период нереста выход через запретные полосы на Курском заливе должен производиться только на вёслах.

Ну а в душе Вениамина Филиппова, учителя литературы из школы в посёлке Рыбачьем, в ту пору родились такие строки:

«Гудят сосновые леса,
Свой голос в песенном просторе
Смычком на контрабасе моря
Выводит Курская коса…»
Как-то не по-русски…
Почему же вслед за пресловутыми курскими соловьями по-курски запели сосны на нашей косе? Да ещё под аккомпанемент накатывающих на берег курских волн залива… С него, пожалуй, и начнём своё «расследование».

Итак, нынешний Куршский залив для немцев был Куришес Хафф. Сперва наши люди это чужое, доставшееся по наследству название просто коверкали. Для одних он был Куриш-Гаф, для других – Куришгафский.
И вот в 1947-м его официально переименовали. Почему же не в Куршский, а в Курский? Знающие люди утверждали и утверждают, что такое название ничуть не умаляет памяти куршей, живших в этих местах. Просто, во-первых, сочетание «шск» для русского языка вообще не характерно. И не случайно – нам неудобно его выговаривать. Согласитесь, что «курский» произнести куда легче, нежели «куршский». А во-вторых, немецкий топоним переиначили ещё и, так сказать, на славянский лад. Ведь как славяне называли куршей? «Корсь». Или даже так – «куры».

Так что наши славянофилы вполне могли наречь залив даже «Корским». Но предпочли всё же вариант, более привычный для русского глаза и уха. Правда, мало кто был в курсе всех этих нюансов. И когда новое название мало-помалу вытеснило всякие Куриш-Гафы, большинство не сомневалось: залив переименован в честь славного города Курска. Хотя была и такая версия: выпадение «ш» – следствие безграмотности тех, кто «наверху», не смогли правильно прочитать старое название…

Недолго реял флаг Нереи

С косой вышло ещё занятнее.
Если залив при немцах был Куришес Хафф, то коса – Курише Нерунг. В первом слове разница всего в одну букву. Тем не менее у нас коса поначалу стала даже не Курской, а… Нерейской. Тут тоже, надо полагать, уходили от «проклятого фашистского прошлого». Однако обратились уже не к славянским, а к балтским корням. То есть к тем самым куршам, которые называли косу то ли Нерией, то ли Нереей.
Согласитесь, это было ещё более странное для нашего человека название. Немудрено, что в 40-х – 50-х косу у нас не только в обиходе, но и в печати обычно называли просто косой. Причём нередко это слово писали с большой буквы.

А потом из Нерейской она тоже превратилась в Курскую. Де-юре к общему знаменателю с заливом её привели якобы в 1959-м. Де-факто же Курскую косу, в частности, можно уже встретить в фундаментальном указателе географических названий «Атлас мира» за 1954 год. При этом никаких Нерей там нет и в помине.

Шипеть или не шипеть?

Тем не менее калининградская «курская аномалия» не всех устраивала. И когда в 1973-м Большая советская энциклопедия добралась до буквы «к», наши коса и залив там стали Куршскими.
Правда, через запятую приводился и «курский» вариант названия. Значит, можно и так? В 1975-м по этому вопросу даже пришлось давать специальное разъяснение. В мае того года был утверждён документ под названием «Положение об охране природы Курской косы». И после его публикации в нашей газете и в редакцию, и в «инстанции» пошли письма: так как же всё-таки правильно писать – с «ш» или без?
Отдуваться пришлось географическому факультету Калининградского государственного университета (ныне – Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта). И, подробно осветив всю предысторию, специалисты резюмировали так. Можно ли писать с «ш»? Можно. Однако можно писать и без…
Значит, всё-таки можно. А у нас-то, янтарных, собственная гордость. И с упорством, достойным лучшего применения, мы продолжили хранить верность «курским» топонимам.

Проверка мифа

В начале 80-х всё это выглядело уже совсем глупо. Но кто-то должен был сделать первый шаг. А это трудно. Старшие редакционные коллеги рассказывали мне такую историю. Мол, однажды в нашей газете не выдержали и написали имя залива так, как его уже давно большинство называло в разговорах, – Куршский.

Заметив столь «вопиющую ошибку», первый секретарь обкома Николай Коновалов лично позвонил в «Калининградскую правду».
– У вас там что, никто карты читать не умеет?! – стал он отчитывать редактора Евгения Типикина. – Курский залив, Курский! Без «ш»! Запомните!..

А Типикин вдруг отвечает:
– В картах ошибка. Не было никогда залива с таким названием.

С той поры «Калининградская правда» именовала и залив, и косу уже только Куршскими. А вслед за главной газетой области и остальные местные СМИ перестали изымать букву «ш»… Лавры борцов с тупыми догматами – это почётно. Жаль, на практике красивая легенда не подтверждается. Как написали бы в протоколе, в ходе проведённой проверки установлено следующее. В номере за 10 сентября 1981 года в проходной заметке об отдыхе рыбаков на берегу вдруг читаем: туристская база на Куршской косе. С «ш». И при этом – никаких пояснений читателям, словно так её название всегда и писали.

Хотя ещё буквально накануне вышла совсем другая статья. Большая, проблемная – о том, что хрупкую «жемчужину янтарного края» надо спасать. В итоге спасать призывали ещё Курскую косу.

А в последовавших на ту статью откликах она стала уже Куршской…

В номере за 12 сентября 1981-го, правда, ещё мелькнул Курский залив. Сработала, судя по всему, многолетняя привычка. Однако уже при следующем упоминании залива и он стал Куршским.

Продолжение следует

С чего у нас тогда вдруг появилась «ш», никто из опрошенных мной не смог вспомнить. Впрочем, полного и окончательного освобождения от устаревших топонимов тогда тоже ещё не наступило. Случилось это позже – 26 августа 1985-го. То есть ровно тридцать лет назад.

В тот день облисполком принял решение № 188 «О внесении изменений в географические названия области». В документе, который теперь хранится в областном архиве, читаем: «В соответствии с рекомендациями постоянной Междуведомственной комиссии по географическим названиям Главного управления геодезии и картографии при Совете Министров СССР исполнительный комитет областного Совета народных депутатов решил: всем организациям, предприятиям и учреждениям географические объекты – Курский залив и Курская коса впредь именовать Куршский залив и Куршская коса». Вот так закончилась эта «история с географией». Хотя закончилась ли? Ведь Курские коса и залив… по-прежнему с нами! Наберите их «по-курски» в интернет-поисковике — и сразу увидите, сколь многие обходятся в этих топонимах без «ш». Чему, к слову, способствует его величество компьютер. Куршскую косу он ещё терпит, стоит же написать «Куршский залив» – подчёркивает красным. Ошибка, дескать, исправьте. И поскольку компьютерная грамотность у нас явно превалирует над грамотностью обычной, народ больше верит технике. А та, как некогда глава обкома, настаивает: Курский надо писать, Курский!..

Источник - Kалининградская правда